«Умники и умницы» Юрия Вяземского

Писатель, философ, заведующий кафедрой мировой литературы и культуры факультета международной журналистики МГИМО, автор и ведущий программы «Умники и умницы» Юрий ВЯЗЕМСКИЙ представил одноимённую серию книг.

umniki-1

— Юрий Павлович, как появилась серия книг «Умники и умницы»?

— Ректор МГИМО и издательство «АСТ» давно уговаривали меня опубликовать вопросы и ответы, звучавшие в программе «Умники и умницы». Поскольку программа существует уже 22 года, то и материала накопилось действительно немало. Поначалу я не верил в эту затею, но потом стал работать – оказалось и вправду интересно. Первыми вышли два тома по истории России. Тематически они собраны так, что картина истории получилась довольно любопытной, дополняющей тот единый учебник истории, который то пытаются создать, то отказываются от этой идеи.

Сейчас уже вышла шестая книга в серии – по истории Европы и Америки. Сегодня весьма актуально знать, что такое Европа и что такое Америка, почему они нас не понимают и не понимали практически никогда, и кто в этом виноват. В самой книге я ничего не комментирую, не излагаю своей точки зрения. Я просто задаю вопросы и даю на них ответы – насколько это возможно. Сами понимаете, в истории иногда приходится выбирать какую-то одну версию событий, потому что их существует несколько.

— Как Вы подбираете участников для передачи? Увеличилось ли число желающих принять в ней участие?

— Нет, сейчас с этим полная катастрофа. Москвичей я ещё могу отобрать: надо просто быть как умелый рыболов – знать хорошие места, хорошие школы. А из регионов мы отбираем участников по письмам, и если раньше мы получали семь мешков писем, то сейчас, когда 100 человек нам отвечают, – это очень хороший результат. Недавно мы с руководителями семи субъектов федерации открыли Всероссийское интеллектуальное движение «Умники и умницы» и стали проводить региональные сборы и региональные финалы, чтобы иметь возможность отбирать для участия в передаче талантливую молодёжь. Частично такой провал связан с «демографической ямой» 1990-х гг., частично с ЕГЭ, потому что у ребят из регионов теперь значительно больше возможностей для поступления в столичные вузы.

— А как Вы относитесь к ЕГЭ?

— Все 10 лет – сколько проводится ЕГЭ – я выступал против, говорил об этом А. Фурсенко, когда он ещё был Министром образования РФ. Моя позиция очень простая. Например, когда мы сдаём экзамен на права, там тоже есть ЕГЭ. Это Правила дорожного движения. Этот экзамен мы сдаём с помощью компьютера. Но затем сотрудник ГИБДД выводит тебя на улицу, сажает за руль и оценивает, как ты умеешь трогаться с места, двигаться по проезжей части, парковаться. Водить машину – несложная функция, но при этом нужно сдать два экзамена: ЕГЭ и практический. Я ратую за то, чтобы ведущие вузы могли проводить хотя бы два экзамена и отбирать талантливых ребят. Согласитесь, ведь в консерватории нет такого безобразия, в театральных вузах – тоже, а другие вузы чем хуже? «В учреждениях культуры творческие люди», – говорят мне эксперты. А МГИМО – что, не творческий вуз? А любой факультет МГУ? По мне, математик – это намного более сложная и богатая конструкция, чем актёр. Но считается, что актёр – это творческая профессия, а математик – нет.

— Каково Ваше мнение относительно единого учебника по истории?

— По моему мнению, он очень нужен. Приведу конкретный пример. Я знаю один посёлок городского типа, в котором есть всего две школы. В одной школе учат, что Сталин – это фашист, в другой – что он величайший политический деятель. Но главное, что каждая из этих позиций подтверждается тем или иным учебником или учебным пособием.

Я сторонник того, чтобы детям излагалась официально принятая концепция. Разумеется, если человек интересуется историей, он будет изучать её не по учебнику, а начнёт читать соответствующую литературу, первоисточники… Но какая-то общая государственная линия нужна. Надо, в конце концов, знать, что должность В.И. Ленина – не вождь, не Генеральный секретарь (всё это про И.В. Сталина), а Председатель Совета народных комиссаров.

— Вас не обижает, что Вашей передаче присвоили возрастной ценз 16+?

— Совершенно не обижает, поскольку я знаю, что моя аудитория – вовсе не дети. Я бы там поставил 30+. Ну, или 20+. Основные мои зрители – это люди взрослые.

— Существует ли у Вас обратная связь с участниками передачи? Знаете ли Вы что-нибудь об их судьбе, дальнейшем развитии?

— Примерно 16 человек ежегодно поступают с помощью передачи на разные факультеты МГИМО. А поскольку я – заведующий кафедрой мировой литературы, то у многих читаю лекции, принимаю экзамены и зачёты. Но как-то принципиально я за ребятами не слежу.

Когда было 20-летие передачи, её участники и студенты решили арендовать актовый зал МГИМО и устроить празднование. Я решительно протестовал, но они всё равно добились своего, и когда я пришёл на юбилей, то увидел зал на 1200 человек, который был заполнен умниками и умницами, когда-то участвовавшими у меня в программе. Некоторые приехали из-за границы. Тут я понял, что обратная связь есть.

— Читаете ли Вы современную литературу, знаете ли популярных авторов?

— Нет, но очень люблю бывать на «книжных» встречах, узнаю новые имена и тут же начинаю читать их книги. Хотя читаю я специфически. Иногда прочту десять страниц и понимаю, что дальше уже читать не буду. Вот «День опричника» В. Сорокина у меня дольше всего шёл – настолько было интересно. Но потом я дошёл до одной сцены, когда понял, что вот-вот разобью книгой окно, и больше её не читал.

— Каково Ваше отношение к творчеству Льва Николаевича Гумилёва как историка?

— Довольно сложное. С одной стороны, это крупнейший этнолог, удивительно интересный человек. Я с восторгом читаю его работы по Хазарии, Древнему миру, он мне

очень нравится. Но когда начинается про пассионарность, про то, что мы все зависим от Солнца… Я полагаю, что он слишком увлёкся этим.

— Какой период истории для Вас наиболее интересен?

umniki-2

— Поскольку сейчас я занят IX веком, больше всего мне интересен именно этот период. Но в истории таких периодов много. Наверное, самый увлекательный, и, может быть, позитивный период – это когда был расцвет интеллектуальной, политической и экономический мысли. Я сейчас говорю о Древней Греции V века до нашей эры, когда, по сути, зарождалась вся европейская культура. Тогда строился Парфенон, жил Перикл… Такая гармония длилась недолго – потом начались войны.

И такая же совершенно удивительная эпоха, когда гении ходили по улицам чуть ли не толпой – это Флоренция эпохи Леонардо да Винчи и Микеланджело Буонарроти. Не только Флоренция, но и Рим – там был Рафаэль, а в Венеции чуть позже работал Тициан.

А в России – это, конечно, Петербург тех времён, когда на улице можно было встретить Достоевского с рукописью «Бедных людей», Тургенева, который шёл под руку с только что вернувшимся с Крымской войны Толстым…

— Какие у Вас творческие планы?

— Сначала мне предстоит закончить серию «Умники и умницы». Потом планирую приступить к роману с двумя сюжетными линиями: действие будет проходить, с одной стороны, в IX веке, когда Россия только зарождалась, а, с другой, в современности, где три главных героя размышляют, когда же Россия умрёт.

Я всегда привожу пример: были три народа, которые «изуродовали» великую римскую культуру, разрушили величайший латинский язык. Это итальянцы, испанцы и французы. В итоге возникли странные, с точки зрения римлянина, языки: итальянский, испанский и французский. Но на этих языках были построены действительно великие культуры...

Другое дело, что Россия – страна абсолютно непредсказуемая, и непонятно, когда мы родились. Некоторые, например, считают, что Россия родилась при Петре I, тогда нам ещё жить да жить. Другое дело, что, судя по современной литературе, наш Золотой век уже давно закончился. И Серебряный тоже.


Рубрика: Литературная гостиная имени И. Сытина

Год: 2014

Месяц: Октябрь

Теги: Юрий Вяземский